В какой-то момент ваше тело, которое, может быть, приносило вам много радости в предшествующие месяцы беременности, становится неуклюжим и грузным. Вы с грустью говорите, что стали похожи на арбуз или на кита, выброшенного на берег.
Размеры вашего тела и положение ребенка очень осложняют жизнь в последние месяцы беременности. Движения ребенка, ранее мягкие, теперь могут вызывать боль, потому что он вырос. У вас может появиться одышка, вам бывает трудно встать с кресла или завязать шнурки на туфлях, не отрывая ногу от пола, если вы вообще ее видите. У вас может побаливать сердце, появляются другие самые разнообразные боли и недомогания. "До самого конца я чувствовала боль в области таза, как если бы я носила очень тесные трусики, хотя на мне было только платье", — вспоминает писательница Бекки Стерн, мать двоих детей.
В эмоциональном плане у вас может быть состояние "сенсорной перегрузки". Исследования показывают, что в последние месяцы беременности страхи, мучившие вас в первом триместре, возвращаются с новой силой. Вы тревожитесь за свое здоровье, за здоровье ребенка, вас страшат предстоящие роды, волнует, что вы набрали большой вес, вас беспокоит, не обвиснет ли ваша грудь и не останутся ли растяжки на животе. Вас снова тревожит, справитесь ли вы с ролью матери. Если раньше об этом думалось как о будущем, то теперь срок превращения в маму неотвратимо приближается. Вас может беспокоить, как ваши старшие дети отнесутся к появлению в доме новорожденного. Вам страшно подумать, как вы будете управляться со всем этим.
Но в то же время вы уже привыкли к мысли о своем скором превращении в маму новорожденного, и, возможно, вы стараетесь узнать, как вам избавиться от некоторых страхов. Вам могут помочь журналы, книги, беременные женщины, которых вы встречаете, ожидая приема у врача. Постарайтесь всегда быть занятой, не оставляйте себе времени для раздумий о том, что вас ждет впереди. Но последний триместр не только время страхов и уныния. Он также наполнен надеждами и предвкушениями. "Я думала только о том, что скоро смогу обнять своего ребенка, — вспоминает Лонни Хагстром-Беннер. — Я так ждала этого, что забывала о том, что должно этому предшествовать".
